HOME

РАБОТЫ
ENGLISH



Последниe работы с глиной названы  «внутренние текстуры». 

Благодаря своей пластичности и неразделимой связи с природными элементами, глина играет главную роль в моём творческом процессе. Работа с глиной – это созерцание и размышление плавной череды изменений, процесса становления, неопределенности, это исследование солипсизма и возникновения.

Следуя работам по морфогенезу динамических биологических форм биологии развития Брайна Гудвина и дифференциации форм через движение материи физики «возникновения» Дэвида Бома, обрабатывая глину, я подвергаю её динамическим нагрузкам, часто использую мокрую глину и даю формам возможность обмякнуть, таким образом обнаруживая критические точки  нестабильности, благодаря которым рождаются новые формы.

Такая работа с глиной - «медитация с материей» - выводит меня на «нулевой уровень», где становятся неразличимыми субъект и объект, потенциальность и актуальность, подобно тому, что Дж. Агамбен называет «сингулярностью без реальных свойств», «непосредственное бытие» вне психологического времени.  Бывает, что такая застывшая память о движении в глине остаётся твёрдой и непроявленой до тех пор, пока форма не очутится в горниле пламени, продолжая скручиваться до невыносимости, до разрывов, покрываясь пепельной глазурью.

Некоторые работы так и остаются без обжига, в процессе становления, «взаимозависимо-возникающими», неустойчивыми и хрупкими (см. пратитья-самутпада[1]).

Другие же работы обжигаются в дровяной печи анагама. Этот четырехдневный физический процесс – это созерцание  невидимой самоорганизующей силы природы в неустанном действии, как это было с незапамятных времен человечества.

Перевод Оксана Бондарчук


[1]Pratītyasamutpāda.